КС отклонил жалобу на порядок проверки судом действий следователя при отказе в возбуждении уголовного дела
Конституционный Суд вынес Определение № 2668-О/2025 по жалобе на неконституционность ст. 125 «Судебный порядок рассмотрения жалоб», ч. 1 и 3 ст. 144 «Порядок рассмотрения сообщения о преступлении», а также ч. 6 ст. 148 «Отказ в возбуждении уголовного дела» УПК РФ.
Полагая, что в действиях сотрудников вневедомственной охраны есть признаки состава преступления, предусмотренного ст. 303 «Фальсификация доказательств и результатов оперативно-розыскной деятельности» УК РФ, Александр Черухин обратился с соответствующим заявлением в правоохранительные органы. Следователь, после многократной отмены руководителем следственного органа аналогичных предшествующих решений, вновь отказал в возбуждении уголовного дела на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК, т.е. в связи с отсутствием в деянии признаков состава преступления.
Судья районного суда подтвердил правомерность данного отказа в порядке ст. 125 УПК. Вышестоящие судебные инстанции согласились с этим решением. При этом суды пришли к выводу, что доследственная проверка проведена полно и всесторонне, надлежащим должностным лицом, с выполнением всех ранее указанных при предыдущих отменах требований, а также с учетом проверки всех имеющих значение обстоятельств, в том числе обозначенных самим заявителем.
В жалобе в Конституционный Суд Александр Черухин указал, что ст. 125, ч. 1 и 3 ст. 144, а также ч. 6 ст. 148 УПК не соответствуют Конституции, поскольку допускают возможность отказа в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием в деянии состава преступления, не позволяя суду проверить законность действий следователя при производстве проверки в порядке ст. 144 и 145 УПК, когда нарушения, установленные вышестоящими должностными лицами при отмене постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела, в ходе расследования уже устранены, а также позволяют прокурору и руководителю следственного органа неограниченное количество раз после истечения срока давности привлечения к уголовной ответственности направлять материалы для дополнительной проверки, проводимой в неопределенный срок, в ходе которой фактически производятся следственные действия, без получения согласия либо возражений от лиц, в отношении которых такая проверка проводится, и без юридического оформления данных действий.
Отказывая в принятии жалобы к рассмотрению, КС отметил, что в своем Определении № 578-О/2019 разъяснял: ч. 6 ст. 148 УПК, применяемая в системном единстве с иными нормами данного Кодекса, не предполагает право уполномоченных органов и должностных лиц разрешать вопрос об отказе в возбуждении уголовного дела без проведения следственных и иных процессуальных действий, направленных на собирание доказательств и установление обстоятельств события, в связи с которым поступило сообщение о преступлении, позволяющих дать ему обоснованную и квалифицированную оценку на предмет наличия или отсутствия признаков преступления, что необходимо для решения вопроса о возбуждении или об отказе в возбуждении уголовного дела. Тем более положения названной статьи не предполагают повторное – после отмены постановления об отказе в возбуждении уголовного дела прокурором, руководителем следственного органа или судом – вынесение такого постановления без проведения дополнительной проверки сообщения о преступлении, без выполнения требований и указаний прокурора или руководителя следственного органа, без устранения нарушений закона, на которые указал суд.
При этом руководитель следственного органа, следователь, орган дознания и дознаватель не вправе повторно принимать решение об отказе в возбуждении уголовного дела на основе тех же фактических обстоятельств, с опорой на те же материалы проверки сообщения о преступлении, а обязаны после устранения выявленных нарушений вновь оценить как фактическую, так и правовую сторону дела и принять новое процессуальное решение, учитывая, что основанием для возбуждения уголовного дела является наличие данных, указывающих на признаки преступления, и такие сведения, собранные в предусмотренном уголовно-процессуальным законом порядке, должны быть достаточными и достоверными. Поскольку основания для возбуждения уголовного дела уже дают достаточные данные, указывающие лишь на признаки преступления, а не на наличие преступления как такового, то отмена постановления об отказе в возбуждении уголовного дела, а тем более многократная – как незаконного и необоснованного – может служить опровержением утверждения об отсутствии признаков преступления, а также оснований для проведения следственных и иных процессуальных действий, направленных на собирание доказательств и установление обстоятельств события, в связи с которым поступило это сообщение.
Из требований ч. 2 ст. 21 УПК, возлагающей на прокурора, следователя, орган дознания и дознавателя обязанность в каждом случае обнаружения признаков преступления принять предусмотренные этим Кодексом меры по установлению события преступления, изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления, во взаимосвязи с его ст. 140, 144, 146 и 148 вытекает обязанность принять необходимые процессуальные меры, с тем чтобы выяснить обстоятельства дела, содержащиеся в сообщении о преступлении, установить в надлежащих процедурах событие произошедшего, не прибегая к поспешным или беспочвенным выводам о прекращении расследования. Иное, указал Конституционный Суд, свидетельствовало бы о прямом и умышленном нарушении требований уголовно-процессуального закона, о злоупотреблении должностными полномочиями, о неисполнении или ненадлежащем исполнении должностными лицами своих процессуальных обязанностей, о недобросовестном или небрежном их отношении к службе, а значит, о причинении вреда интересам правосудия, правам потерпевшего, гарантируемым Конституцией и охраняемым в том числе нормами уголовного закона, в частности ст. 285, 286, 293 и 316 УК (определения КС № 2618-О/2020 и № 2942-О/2024).
Наряду с этим, пояснил Конституционный Суд, по смыслу ст. 125 УПК не исключается рассмотрение судом в установленном ею порядке в пределах полномочий, вытекающих из природы судебного контроля на стадии предварительного расследования, и жалоб, касающихся неэффективности проверки сообщения о преступлении и расследования, если такая неэффективность является следствием ненадлежащих действий, бездействия либо решений соответствующих должностных лиц (определения КС № 578-О/2019; от 26 апреля 2021 г. № 864-О/2021; от 18 июля 2024 г. № 2001-О/2024 и др.).
Как заметил КС, Пленум Верховного Суда также разъяснил, что к затрудняющим доступ граждан к правосудию следует относить такие действия (бездействие) либо решения должностных лиц, ограничивающие права граждан на участие в досудебном производстве по уголовному делу, которые создают гражданину препятствия для дальнейшего обращения за судебной защитой нарушенного права, включая отказ в приеме сообщения о преступлении либо бездействие при проверке этих сообщений; при этом судья не вправе предопределять действия должностного лица, осуществляющего расследование, отменять либо обязывать его отменить решение, признанное им незаконным или необоснованным (абз. 5 п. 2 и п. 21 Постановления от 10 февраля 2009 г. № 1 «О практике рассмотрения судами жалоб в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»).
Таким образом, указал Конституционный Суд, оспариваемые заявителем законоположения сами по себе не нарушают его права. Проверка же и оценка обоснованности конкретных процессуальных действий и решений, принятых в ходе и по результатам проверки сообщения о преступлении, а также правильности применения оспариваемых норм в конкретном деле с учетом его обстоятельств не относятся к компетенции КС.
В комментарии «АГ» адвокат Николай Герасимов отметил, что правовая неопределенность либо несоответствие нормам Конституции РФ в данном случае действительно не усматривается. «Суд общей юрисдикции в рамках судебного контроля оценивал именно то решение следователя, на которое была подана жалоба, − постановление об отказе в возбуждении уголовного дела. Какие-либо иные решения, действия, насколько можно судить, заявитель не обжаловал, следовательно, оценка судом им и не давалась. У суда имеется возможность оценить законность и обоснованность действий следователя, предпринятых им в рамках проведенной проверки, однако для этого необходимо их обжаловать непосредственно. В случае подачи заявителем такой жалобы она была бы принята и рассмотрена судом в установленном законом порядке», − указал он.
В то же время, обратил внимание Николай Герасимов, вторая часть жалобы относительно вопросов неоднократного направления материалов на дополнительную проверку даже после истечения сроков давности привлечения к ответственности, а также того, что фактически такие проверки проводятся в ничем не ограниченный срок, осталась без оценки КС, хотя его позицию по этим вопросам было бы крайне интересно узнать.
Адвокат Руслан Берсагуров согласился с позицией КС, поскольку в определении достаточно подробно и аргументированно изложены мотивы отказа принятия жалобы к рассмотрению. «Действующее уголовно-процессуальное законодательство, регулирующее процедуру проверки сообщения о преступлении и порядок принятия решения об отказе в возбуждении уголовного дела, соответствует положениям основного закона государства, а сложившаяся практика применения отмеченных норм не создает условий для ущемления прав граждан, гарантированных им Конституцией РФ», − полагает он.
Руслан Берсагуров пояснил, что суд при рассмотрении жалобы в порядке ст. 125 УПК РФ на действия или бездействие и решения должностных лиц органа предварительного расследования оценивает соблюдение ими положений уголовно-процессуального закона на основании тех сведений, которые имеются на момент инициирования производства по жалобе. «То есть сам по себе факт многократности отмены постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с допущенными нарушениями при проведении проверки, на мой взгляд, не может служить единственным и достаточным основанием для удовлетворения такой жалобы, при условии что те самые нарушения уже устранены и принято окончательное процессуальное решение, которое и подлежит изучению в рамках судебного контроля», − заключил адвокат.
Адвокат Денис Архипов заметил, что определение отчасти представляется эхом давней теоретической дискуссии о целесообразности существования обособленной стадии возбуждения уголовного дела в нашем уголовном процессе: «Немотивированность или шаблонность процессуального решения, неэффективность доследственной проверки, а также частная недобросовестность следователя – классические проблемы данной стадии».
При этом эксперт указал, что несмотря на отказной характер определение обладает некоторым дисциплинирующим потенциалом. Он пояснил, что в практике многократной отмены незаконных и необоснованных постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела Конституционный Суд усмотрел не прием следственной тактики («расследование до расследования»), а пример недобросовестности. «Причем сам факт многократности отмены процессуальных решений рассматривается как обстоятельство, способное служить опровержением утверждения об отсутствии признаков преступления. Бросается в глаза, что Конституционный Суд дает весьма суровое определение таким нарушениям, фактически формулируя признаки состава должностного преступления. Хотелось бы видеть симметричный подход и при решении вопроса при вынесении незаконного постановления о возбуждении уголовного дела», − резюмировал Денис Архипов.
Марина Нагорная
Источник информации: advgazeta.ru